Главная » Статьи » Книги » Виктор Моня«Ропша»

Луиджи Руска

Самый значительный и самый известный из всех работав­ших в России представителей рода Руска, один из выдающихся архитекторов эпохи расцвета русского классицизма, Луиджи Руска родился 2 сентября 1762 года в Аньо-Мондонико. Единственное упоминание о его работе до приезда в Россию дати­руется 1778 годом, когда «умелый каменных дел мастер» Луид­жи Руска принимал участие в постройке приходской церкви «Непорочного зачатия». Это сообщение вызывает большой ин­терес, поскольку речь в нем идет о шестнадцатилетнем юноше. Остается загадкой до сих пор, как он сумел к этому возра­сту стать «умелым каменных дел мастером».

До настоящего времени в литературе окончательно не выяснен вопрос о том, где он учился и кто был его учителем.

Уроженцами этого края были многие известные архитекто­ры, скульпторы и живописцы, работавшие в России. Среди них - архитектор начала XVIII века Доменико Трезини, архитекто­ры эпохи классицизма Д. Жиляри и Д. Адамини, художник Ф.А. Бруни, скульптор-декоратор В. Мадерни.

Луиджи Руска приехал в Санкт-Петербург в июне 1783 года в возрасте двадцати лет. Свою службу в России он начал 15 июля 1783 года. Его первым большим заданием был надзор за строительством церкви Казанской Божией мате­ри по проекту архитектора Джакомо Кваренги на Казанском кладбище в Царском Селе, строительство которой продолжа лось с 1785 по 1790 годы. В послужном списке Руска записано «...строил церковь за Софиею, где был погребен Ланской». Выстроенная по повелению императрицы Екатерины II на ме­сте гибели на охоте ее фаворита генерал-лейтенанта Александ­ра Ланского (1758-1784).

Достаточно успешно справившись с первой работой, Руска участвует далее в реализации других проектов Кваренги - Английского дворца в Петергофе и Эрмитажного театра.

Первый контракт был заключен с Луиджи Руска, как это было в то время принято, сроком на три года. Работая под руководством Кваренги на возведении построек по его проек­там, Руска удалось хорошо зарекомендовать себя в глазах ве­ликого зодчего.

Джакомо Кваренги постоянно общался с императрицей Ека­териной II, о чем она неоднократно писала своему корреспонденту в Париже — барону Мельхиору Гримму. О молодом ни­кому неизвестном «каменных дел мастере» императрица могла узнать только от Кваренги, заинтересованном в квалифициро­ванном и добросовестном помощнике.

Помимо исполнения функций «каменных дел мастера», Каби­нет возложил на Руска обязанность следить за качеством строи­тельных работ и прочностью возводимых построек, а также сто­имостью строительных материалов, проверять сметы и контролировать торги на строительные работы и поставку материалов. В октябре 1789 года, управляющий Кабинетом Ее Императорского Величества, Стрекалов, подал Екатерине II доклад, проливающий свет на деятельность Луиджи Руска во второй поло­вине 1780-х годов - «каменной мастер Луиджи Руска ныне находящийся при строении Театральном, что при Эрмитаже, оказал по званию своему совершенное искусство, рачение и ревность к службе Вашего Величества. Сей мастер принят был в служ­бу по высочайшему Вашего Императорского Величества пове­лению с 1-го дня января 1786-го года впредь на три года... И как срок контракта его уже кончился, то посему Кабинет, всеподданнейше докладывая, испрашивает не повелите ли Ваше Императорское Величество того мастера Руска оставить при Кабинете собственному его распоряжению с тем же жалованьем с 1-го числа января сего 1789 года». На докладе Екатерина II собствен­норучно наложила резолюцию «Возобновить контракт».

На протяжении двадцати лет Луиджи Руска работал в Придворном ведомстве «каменных дел мастером». Помимо уже названных работ, Луиджи Руска выполнял в эти годы различные работы по повелениям Кабинета Ее Императорского Величе­ства - « ..послан был к осмотру мостов каменных, кои делались по новой Петергофской дороге, после оного... послан был к осмотру церкви, производившейся в селе Путилове, выстроил каменные конюшни возле деревянного театра по Аничковскому переулку, посыпан был неоднократно в город Гатчину, упот­ребляем был к постановке мраморной галереи в Зимнем дворце, делал все поправки по Ораниенбаумскому дворцу, разные поправки в Эрмитаже и Зимнем дворце».

16 июля 1790 года Кваренги уведомил управляющего Каби­нетом Ее Императорского Величества Степана Стрекалова: «Ее Императорское Величество разрешила мне послать в Москву каменных дел мастера Луиджи Руска для строительства дворца Екатерины, я уже сказал ему, чтобы он был готов. Кроме того, я имею честь сообщить Вашему Превосходительству, я еще уведомил Его Превосходительство, господина генерала Соймонова, в такой форме, что упомянутому каменных дел мастеру не остается ничего больше, как отправиться в путь».

Тогда же Кваренги еще раз написал в Москву генералу Измайлову о присылке Луиджи Руска. Это письмо особенно интересно для нас тем, что великий зодчий дает в нем характеристику и свою оценку молодого тессинского мастера: «Я посылаю, наконец, Вашему Превосходительству главного ма­стера, коего обещал, он находится в ведомстве Кабинета Ее Императорского Величества, и этот человек обладает следующими качествами. Он очень хорошо знает свое ремесло, и под моим началом он уже построил два больших здания в Петербурге. Более того, он исполняет и чертежи того, что необходимо любому главному мастеру. До сих пор я находил его честным человеком, и по этому вопросу я не могу сказать о нём ничего более. Кроме того, он доброго поведения. Но, поскольку у каждого человека есть свои маленькие недостат­ки, позвольте мне сказать, что этот человек чуть-чуть слиш­ком аристократ».

Сначала 1790-х годов Луиджи Руска начал выполнять пер­вые самостоятельные строительные работы по частным заказам. По своим проектам он построил в 1790—1793 годах дом Николая Карадыгина на Казанской улице, в начале 1790-х годов - дом лейб-медика Иоганна Готтлиба Фрейганга на набережной Мойки и в 1792-1793 годах - дом для одного из богатейших купцов в России того времени Ивана Кусова на 1-й линии Васильевского острова.

Но самой значительной работой Луиджи Руска в эти годы была перестройка особняка Петра Мятлева на углу Галерной улицы и Новоадмиралтейского канала.

Первые сведения о личной жизни Луиджи Руска относятся к 1792 году, когда он женился на семнадцатилетней Маргарите Матеи, дочери Бенжамена Матеи, швейцарца из города Лозанны, который преподавал в медицинских учреждениях Санкт-Пе­тербурга «физиологию и материю медика». Но спустя три года Маргарита скончалась, оставив Луиджи двоих детей. Он похоронил ее на Волковом лютеранском кладбище и сам сделал проект надгробия на ее могилу, которое сохранилось до настоящего времени

В 1797 году Луиджи Руска женился во второй раз. Его избранницей стала Маргарита - дочь академика орнаменталь­ной скульптуры Жана Баттиста Шарлеманя Боде, выходца из французского города Руана, исполнявшего скульптурно-декоративные работы во дворцах Санкт-Петербурга и пригородов

От двух браков у Луиджи Руска в 1817 году осталось двое детей. В его послужном списке, датированном этим годом, записано: «.(он) Женат, имеет двух сыновей - Любима, находящегося в чужих краях, и Ивана при нем»

В марте 1801 года Луиджи Руска было поручено создание убранства «траурных комнат» в Зимнем дворце по случаю кон­чины императора Павла I. За эту работу в апреле ему была пожалована золотая табакерка стоимостью в 400 рублей.

За полтора десятилетия работы в Санкт-Петербурге и его пригородах Луиджи Руска накопил большой опыт работы по отделке интерьеров, в частности, в Эрмитажном театре под руководством Кваренги и в Михайловском замке под руководством Бренна. В построенном по проекту архитектора Федора Волкова в 1796-1800 годах новом гигантском здании Мор­ского кадетского корпуса на набережной Васильевского остро­ва между 11-й и 12 й линиями, Луиджи Руска исполнил высоко­художественную лепную отделку самого большого помеще­ния – столовой. Проект этот он разработал самостоятель­но и позднее включил в гравированный альбом своих чертежей. После завершения работ в январе 1800 года Луиджи Руска был произведен в чин титулярного советника, а в ноябре того же года получил чин коллежского асессора. Это дало ему пра­во занять должность архитектора и самостоятельно выполнять государственные строительные заказы.

В 1802 году, после отъезда Винченцо Бренна за границу, Луиджи Руска был назначен придворным архитектором. Чины достаются ему один за другим, в 1803 году он был пожалован в надвор­ные советники, уже на следующий год — в коллежские советни­ки. В марте 1809 года, «за ревностную его службу», Луиджи Рус­ка получил ранг статского советника. Кроме того, в 1807 году ему был пожалован орден св. Владимира 4-й степени, что давало право на российское дворянство, а десять лет спустя, перед уходом в отставку, — орден св. Анны 2-й степени.

Помимо всего перечисленного, император Александр I в ап­реле 1804 года своим указом повелел «архитектору, надворному советнику Луизу Руска сверх получаемого им ныне из Ка­бинета жалованья… производить по тысяче рублей на год».

В 1810 году Луиджи Руска вместе с архитектором Васили­ем Стасовым стал одним из двух городских архитекторов Санкт-Петербурга, состоявших при Канцелярии военного генерал-гу­бернатора. Ему было поручено наблюдать за качеством строительства жилых домов в различных частях города. Васильевский остров и четыре Адмиралтейские части были поручены Стасову, а все остальные - Литейная, Московская, Рождествен­ская, Каретная, Петербургская и Выборгская - отданы под надзор Руска. В 1810 году Руска составил проект перепланировки Петербургского острова, в котором были заложены идеи, час­тично реализованные в последующие годы.

На этой должности, которая отнимала много времени и фи­зических сил, Луиджи Руска оставался до своей отставки в 1818 году.

Затем вспомнил император Александр I и про мызу Ропшу, где в июле 1762 года был убит его дед, свергнутый император Петр III. По повелению Александра I, в 1802 году, Руска составил смету «о производстве строений по мызам Ропше и Кипени». Начиная с 1803 года, под его руководством, в Ропше были построены две каменные оранжереи по сорок метров каждая и две теплицы по двадцать метров. В двух галереях и примыкав­ших к ним флигелях дворца были сделаны полы, двери, оконни­цы, заново оштукатурены помещения, переделан большой каменный мост между двумя прудами и сооружен новый шлюз для спуска воды. В 1806 году Руска «окончил дворец в Ропше с «ежегодными поправками».

В 1809 году Луиджи Руска руководил обширными ремонт­ными работами в Александровском дворце Царского Села раз­боркой и настилкой полов в сорока комнатах общей площа­дью 2854 квадратных метров, переделкой антресолей и перегородок, исправлением рам, дверей, решеток.

В том же году по проекту Луиджи Руска была сооружена терраса в парке Царского Села. Когда то на этом месте была катальная горка, сооруженная в середине XVIII века по проекту архитектора Ф.Б. Растрелли и снесенная полвека спустя.

Все выполненные работы Луиджи Руска оказались в гла­зах императора Александра I очень удачными. В сентябре 1811 года «Государь Император в знак монаршего своего удо­вольствия Всемилостивейше назначить соизволил архитектору статскому советнику и кавалеру Луиджи Руска за поспешную и исправную переделку в Царскосельском саду у аркады и спуска, так и живописцу Гонзаго за искусное исправление в новой Каменноостровской оранжерее живописной работы бриллиантовые подарки обоим ценою до 1500 рублей для каждого».

Русские императоры имели обыкновение в знак своего бла­говоления награждать особо отличившихся, по их мнению, брил­лиантовыми перстнями. Луиджи Руска был буквально осыпан ими. Первый золотой перстень с бриллиантами стоимостью в 900 рублей Луиджи Руска получил уже в ноябре 1801 года. В формулярном списке Руска за 1817 год приведен краткий перечень работ, за которые он получал эти царские знаки бла­годарности:

«За семилетнюю иллюминацию в Петергофе ежегодно по одному перстню;

За иллюминацию в столетие перстнем;

По отделке Таври­ческого дворца перстнем;

По отделке Стрелинского дворца перстнем;

По отделке для батальона Преображенского, что в Милли­онной перстнем;

За будуар и дом глухонемых от вдовствующей императри­цы Марии Федоровны за каждое перстнем»;

За траурную церемонию перстнем».

Таким образом за свои работы, Луиджи Руска получил четырнадцать золотых перстней с брил­лиантами, в том числе два в 1803 году - в июне стоимостью в 500 рублей и в июле стоимостью в 1500 рублей. И три перстня в 1804 году - в августе стоимостью 725 рублей, 8 ноября стоимостью 800 рублей и 24 ноября стоимостью 780 рублей.

В начале 1810 года Руска, вероятно, желая подвести итог своей четвертьвековой работе в России, заказал гравировать в Париже проекты всех своих наиболее значительных работ, исполненных за два десятилетия. Получившийся альбом он пред­варил вступительной статьей на итальянском и французском языках, как это было принято в ту эпоху, Руска посвятил свой альбом императору Александру I, который в течение десяти лет осыпал архитектора многими милостями: «Протекция, которую Ваше Императорское Величество благоволит оказывать всем художествам, побуждает меня поднести Вам собрание моих архитектурных проектов, которые были благосклонно приня­ты и вознаграждены Вашим августейшим одобрением. Посколь­ку оные были осуществлены по указам Вашего Императорско­го Величества под Вашим счастливейшим покровительством, я осмеливаюсь просить принять сей дар в знак моего искрен­него признания. Сия благосклонность будет для меня самым ценным вознаграждением моих трудов и самым сильным поощрением для тех работ, кои Ваше Величество соблаговолит поручить мне в будущем».

Он хотел печатать альбом в Париже, но когда гравюры были готовы, он не смог оплатить всю стоимость работы. Поэтому он подал императору Александру I, которому посвятил этот альбом, прошение о финансовой поддержке. Ответ не заставил себя долго ждать. В сентябре 1811 года император Александр I приказал выдать единовременно своему придворному архитек­тору пять тысяч рублей в возмещение убытков, понесенных им при издании альбома его архитектурных проектов.

Еще в июне 1811 года, ссылаясь на состояние здоровья, Руска подал прошение императору Александру I: «В службу Вашему Императорскому Величеству вступил я именованный в 1783 году июля 15-го дня. В продолжении оной находился при строениях в городе Софии, Царском Селе, бывшем Горбылевском доме против Таврическаго дворца, Эрмитаже, Зим­нем дворце, городе Ораниенбауме, Петергофе, Ропше, Стрельинском дворце, Стеклянном заводе и Шпалерной мануфактуре. Библиотеке Вашего Императорского Величества, корпусах Мор­ском и Первом кадетском, Кабинете, ведениям Кантор При­дворной и Гофинтендантской, по части военного министра, у обер-прокурора Синода, Главной конюшне, Михайловском замке, Присудственным местам и Управе благочиния, Санкт-Петер- бургском военном губернаторе, министре внутренних дел по всему государству. Находился членом в Комитетах первом Строительном по внутренней части России, втором, о постро­ении Гвардейских казарм Конвой гвардии. Кавалергардской, Семеновской, Измайловской и Преображенской, третьем, по строению Петровских и Перновских, и четвертом, Городских строений; Главном Почтовом правлении, по Нарвской и Московской дорогах Почтовых домов, Монетном департамен­те. по части министра финансов и Медицинской коллегии, и сверх всех вышеупомянутых поручений имел особенно счастье исполнять высочайшие Вашего Императорская Величества повеления. Ныне же, изнеможение сил и расстроенное здоровье мое побуждают меня всеподданнейше Ваше Императорское Величество просить меня по слабости здоровья от службы с дачею о продолжении оной надлежащего свидетельства уволить».

Через неделю гофмейстер князь Александр Голицын отве­тил архитектору: «Просьбу Вашу я поставил в виду Государя Императора и получил Высочайшее повеление объявить Вам, что Его Величество Всемилостивейше увольняет Вас в отпуск на год для отъезда за границу. Но жалованье и пенсион не будут Вам производиться во время нахождения Вашего вне России; по возвращении же, Вашем сюда выданы будут сполна все ок­лады доселе Вами получаемые».

В конце декабря 1814 года в газете «Санкт Петербургские ведомости» в разделе «Отъезжающие» появилось объявление «Луиз Иванов Руска, архитектор, статский советник, с женою, сыном Иваном и со служителем Антонием Сикинато из Вене­ции». Руска смог уехать только в январе 1815 года, но через полтора года вернулся обратно.

По возвращении, в июне 1816 года, Луиджи Руска разработал проект украшения Биржи по случаю ее торжественного открытия.

В 1809 году в Санкт-Петербурге была учреждена Духовная академия, которая поначалу была размещена в Федоровском корпусе Александро-Невского монастыря. В 1812 году Руска исполнил чертеж будущей постройки, но из-за войны с Наполеоном начало строительства было отложено. В январе 1817 года по возвращении Руска из-за границы, Александр I поручил ему составить новые планы и сметы стоимости работ. Здание Ду­ховной академии на участке между Александро-Невским мона­стырем и Обводным каналом было построено за три года

К числу предпоследних значительных работ Руска следует отнести перестройку подковообразного корпуса Ассигнацион­ного банка, в котором размещались кладовые, под квартиры для служащих. В 1817 году Руска исполнил проект ограды перед банком со стороны Екатерининского канала.

Последняя постройка Руска в Санкт-Петербурге - церковь Кавалергардского полка, возведенная в 1817-1818 годах. Это одна из самых значительных работ зодчего, единственная его культовая постройка в Санкт-Петербурге, сохранившаяся до наших дней. Она находится вблизи казарм Кавалергардского полка, также построенных по проекту Руска, и занимает учас­ток на пересечении Шпалерной и Воскресенской улиц.

Многолетняя напряженная работа отразилась на здоровье зодчего. 24 мая 1817 года Луиджи Руска подал прошение об отставке «К своему великому сожалению, старый и верный слуга вынужден по причине плохого состояния своего здоровья, на половину разрушенного, и своего возраста положить к ногам Вашего Императорского Величества свое нижайшее и почти­тельнейшее прошение. После моего возвращения из-за грани­цы я не выздоровел: с тех пор я все больше и больше испытываю необходимость в полном отдыхе.

Врачи мне серьезно советуют уйти на покой и поискать климат, более подходящий для моего печального положения, я и сам чувствую с удвоенной печалью, что с осени мне будет невозможно посвятить себя службе Вашему Императорскому Величеству.

До тех пор я буду с тем же старанием надзирать за работами, которые мне поручены. Не сомневайтесь, Государь!  Я смею надеяться, что я ничуть не уменьшу мое усердие, мое рвение, чтобы заслужить Ваше одобрение. Однако, я почтительнейше умоляю Ваше Императорское Величество, чтобы мне было по­зволено привести в порядок мои мелкие дела и потихоньку подготовиться к уходу на покой в середине зимы.

Уверенность в получении милости, о которой я ходатайствую, не может повлиять на мое усердие, хорошо известное после 35 лет безупречной службы, но она удвоит мою бодрость, поддерживая мою слабость надеждой, и эта надежда превратится в убеждение, что я выполнил свой долг как честный человек».

Императорским указом от 25 января 1818 года Луиджи Руска был уволен в отставку. К положенной ему пенсии в полторы тысячи рублей в год Александр I добавил еще 1800 рублей, отблагодарив архитектора за его многолетний труд в России. Место Луиджи Руска в должности придворного архитектора занял Карло Росси.

В мае 1818 года навсегда уехал из России «архитектор, стат­ский советник и кавалер Луиз Руска, из Швейцарии, с женою Мариею Маргаритою, сыном Иваном и с девицею Мариею Катериною Лубье, прусскою подданною».

Постройки Луиджи Руска являются памятниками архитек­туры и находятся под охраной государства. Творческая деятельность Руска связана, в основном, с Санкт-Петербургом, где он работал тридцать пять лет. Здесь он прошел путь от «камен­ных дел мастера» до придворного архитектора и полтора десятилетия занимал этот пост.

Тематика его работ необыкновенно разнообразна: он строил казармы и церкви, дворцы и здания государственных учреждений, провиантские склады и порохо­вые погреба, особняки и декоративные парковые сооружения, перестраивал ранее возведенные здания и отделывал разнообразные интерьеры. По разработанным им проектам были пост роены грандиозные комплексы казарм Кавалергардского и Белозерского полков, которые сыграли важную роль в формировании ансамблевой застройки города предвосхитив появление блестящих ансамблей Карла России и В.П. Стасова. Он перестраивал и отделывал интерьеры в крупнейших дворцах столицы - Зимнем, Таврическом, Аничковом. По оценке известно го историка русского искусства академика Игоря Грабаря, Луиджи Руска был «большим мастером, наделенным изысканным вкусом и имевшим свою физиономию».

О последних годах жизни Руска за границей достоверно ни­чего неизвестно. Правда, Джузеппе Мерцарио сообщает без ссылки на источник; «Из Парижа, где он обосновался, по работе или ради удовольствия он отправился в Баланс и там был сражен внезапной смертью в 1822 году». Так в небольшом городке в юго-восточной Франции закончился жизненный путь замечательного тесинского зодчего

Воплощенные в камне постройки Луиджи Руска - это только часть, хотя и значительная, его наследия. О том, насколько шире и многограннее были его творческие возможности, позволяет судить альбом, включающий собрание чертежей, гравиро­ванный и изданный в 1810 году. Он содержит все основные работы зодчего, выполненные почти за двадцать восемь лет. Но это не просто итог его строительной деятельности: здесь отражены многие творческие замыслы, которые в силу сложившихся исторических условий не были реализованы.


Категория: Виктор Моня«Ропша» | Добавил: Velikiy (30.10.2011)
Просмотров: 1715 | Теги: Луиджи Руска | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]